Делать прогнозы на отдаленное будущее – занятие безопасное. К тому моменту, как выяснится, что ты сел в лужу размером с Мировой океан, твои кости давно превратятся в кучку жалкого праха, который абсолютно безразличен к тому, что над ним жалостливо хохочут потомки.

Что говорят пессимисты
Пессимисты, как нам сообщает журнал NewScientist, вообще не видят никакого грядущего, потому что предполагают вымереть в ближайшие 90 лет. В 2008 году, собравшись на свой пессимистический шабаш, официально поименованный «Оксфордская конференция по вопросам глобальных катастрофических рисков», эти светлые умы сошлись на том, что шанс дожить до 2100 года у человечества равен 19%. 81% отводится на то, что мы все погибнем от засухи, голода, землетрясений, извержений чудовищных вулканов, метеоритов и пандемий. На конференции было некоторое количество ученых, но основной костяк там составляли европейские чиновники и представители общественных организаций, борющихся с глобальным потеплением, экологической угрозой и прочими ужасами нашего бытия.

Конечно, трудно представить себе, что люди, профессионально занимающиеся тем, чтобы сражаться, например, с драконами, официально объявили бы, что никаких драконов нет, все это бред и чепуха, давайте, мол, нас всех уволим и лишим финансирования. Никто таких суицидальных актов от оксфордской конференции и не ждал. Но со своими 19% ребята хватили через край: таких устрашающих драконьих муляжей реальная наука не потерпела. Сразу несколько серьезнейших научных цент­ров выступили с резкой критикой тезисов, прозвучавших на оксфордской конференции, указав на вопиющую несостоятельность ее ораторов в области геологии, климатологии, биологии, социологии и т. д. «Основные ошибки докладчиков, – пишет обозреватель NewScientist Майкл Брукс, – сводятся к тому, что они чаще всего строят свои умозаключения на базе исключительно статистических данных, но даже во владении ими они не демонстрируют должных навыков».

Что такое «должные навыки» во владении статистикой, можно объяснить на примере. Представь, что тебе на стол кладут сводки: за последнее десятилетие средний возраст людей, у которых обнаружили рак, понизился на 13%. То есть раньше онкологическому больному было в среднем сорок лет, а сегодня – около тридцати пяти*. Что ты делаешь? Можно, конечно, начать кричать: «Рак молодеет!» – и приниматься искать винов­ников, всякие ГМО, АЭС и НЛО. А можно затребовать кучу дополнительных данных и, удовлетворенно кивнув, написать статью о том, что современная медицина и программы диспансеризации дали отличные результаты в деле обнаружения рака на ранних стадиях. Вот в Принстонском университете именно вторым способом отреагировали на ужасающие выводы оксфордской конференции. Группа исследователей во главе с астрофизиком Дж. Ричардом Готтом не поленилась и два года изучала документы конференции и первоисточники, после чего официально объявила, что нет абсолютно никаких оснований предполагать, что в ближайшие сто тысяч лет минимум человечество может оказаться перед угрозой полного исчезновения в результате глобальных планетных или космических катаклизмов. Более того, чем дольше живет человечество и чем активнее развивается его цивилизация, тем больше рисков мы способны отвести от себя. И, как указывает Майкл Брукс, если уж мы проживем сто тысяч лет, то к тому времени сможем позаботиться о безопасности нашей планеты и Солнечной системы.

Что говорят оптимисты

«На сегодня не существует ни одной определенной угрозы для человеческой цивилизации» – вот вкратце суть доклада Принстонского университета. Словечко «определенные» они используют, чтобы намекнуть нам на то, что ученые не могут со стопроцентной вероятностью гарантировать, что из недр Тартара не поднимется гигантский чешуйчатый тостер и не пожрет нас всех. Так что речь идет только об известных физических реалиях, увы.

Гигантский метеорит
Прилет космического друга, подобного тому, который некогда проделал кратер Чиксулуб на Юкатане, действительно мог бы доставить нам массу неприятностей (хотя вряд ли бы истребил людей окончательно), но шанс словить такую прелесть на голову ничтожен. Нам и так повезло с чиксулубским метеоритом 65 миллионов лет назад. А еще за 200 миллионов лет до того мы сорвали джекпот в виде гигантского метеорита, оставившего кратер Земли Уилкса. Впрочем, даже если законы вероятности решат вообще на себя наплевать и к нам все же прилетит новый суперметеорит, то с современным развитием обсерваторий мы обнаружим гостя настолько заранее, что сумеем организовать ему достойную встречу. Уже сегодня в случае крайней необходимости мы могли бы дать ему хорошего пинка – спасибо изобретателям ядерного оружия.

Супервулкан со всепланетным цунами

Эта версия истребления рода человеческого не выдерживает серьезной критики. За всю историю нашей планеты не было ни одного извержения такого глобального характера, которое нам обещают в фильмах-катастрофах. Да, супервулканы бывают. Примерно раз в 300–400 тысяч лет происходят страшные извержения, подобные событиям 74-тысячелетней давности, когда вулкан Тоба как следует порезвился на Суматре и, как полагают, истребил половину живых существ на планете, включая немалую часть наших предков. Но, по мнению Билла Макгуайра, директора исследовательского центра «Бэнфилд Грейг Хазард» Университетского колледжа Лондона, следующий супервулкан вряд ли пробудится в ближайшие сто тысяч лет, но даже если такое и произойдет, то о конце цивилизации речи не идет. «Он может привести к огромным разрушениям и жертвам, глобальному похолоданию, загрязнению атмосферы, резкому понижению урожайности, прекращению любого авиасообщения на долгие годы, но с семью миллиардами человек никакому супервулкану не справиться», – говорит Макгуайр.

Пандемия

Страшная новая чума, которая убьет человечество? Исключено, уверяют исследователи Антропологического центра по изучению эпидемий (Калифорнийский университет). Человек слишком долго жил и дружил с самыми разными микробами и вирусами, чтобы генетическое разнообразие не подарило нам своеобразный иммунитет к полному вымиранию. Уж не говоря о том, что мы научились если не лечить, то хотя бы блокировать практически любую инфекцию. Последняя смертельная эпидемия даже ухитрилась пройти почти не замеченной на фоне Первой мировой войны: грипп «испанка» был вызван смертоноснейшим вирусом, но ему удалось унести с собой лишь 6% обитателей планеты. Позже ни одной заразе не было предоставлено таких возможностей, и с каждым годом и без того крошечный риск суперпандемии снижается до смехотворных долей процента.

Голод, войны, перенаселение

Хорошие новости: всадники Апокалипсиса уходят на пенсию. Мор, глад и война, оказывается, вовсе не основные регуляторы нашей численности. Механизмы регуляции популяционной динамики у развитого человеческого общества куда тоньше и малодраматичнее. Прежде всего они включают добровольный отказ от размножения в самых разных формах: гомосексуализм, потребительская идеология, удлинение периода взросления и обучения, доступность контрацептивов и абортов, усиление требований общества к родителям и т. д. На определенном уровне развития, при увеличении свобод личности и ускорении информационных связей, человеческое общество перестраивается с бесконтрольного размножения на воспроизводство, а порой и на снижение своей численности. Спасибо так называемой К-стратегии, которой придерживаются большинство млекопитающих и которая заключается в тезисе «Размножение возможно лишь при избытке ресурсов». Долгое время у демографов, начиная с Мальтуса, были сомнения в том, что нашему виду она свойственна. Сегодня, когда большинство развитых стран затормозило естественный прирост своего населения, стало ясно, что мы можем обойтись и без войн с гладом.

Где мы будем жить через 100 тысяч лет

Увы, пока нет никаких серьезных надежд на то, что мы будем жить в общей Вселенной, распивая в межгалактических барах сириусское пиво с братьями по разуму. Нил Пеллис, ведущий специалист Ассоциации космических исследований (США), полагает, что наши потомки в ближайшие несколько тысяч лет ограничат свои интересы пределами Солнечной системы. «До ближайшей от нас звезды, Альфы Центавра, – 4,3 световых года. Корабль, двигающийся с предельной скоростью, которую он сможет достичь с помощью технологий, находящихся пока на стадии разработки, – так вот, даже этот суперкорабль достигнет Альфы Центавра лишь через 115 лет. Такой проект смело можно счесть провальным. Полагаю, что, как это ни грустно, межзвездные путешествия нашим потомкам будут светить не больше, чем нам». Что уж говорить о дальних галактиках, для достижения которых и скорость света будет слишком медленной. Конечно, можно надеяться, что Пеллис с единомышленниками не обладают футуристическим видением и наивно переносят наши варварские представления на возможности человека будущего, который будет телепортироваться по гиперпространственным туннелям, чтобы выкинуть ведро с мусором в соседней туманности и купить там булочек к чаю. Высказывались же скептики, что человек не сможет путешествовать на паровых машинах, так как при страшной скорости в 40 км/ч он просто задохнется от нехватки кислорода.

Беда лишь в том, что до сих пор человечество не изобрело ничего, чт о и без него не существовало бы в реальности и не использовалось бы вовсю какими-нибудь сусликами или сланцами. Летучие мыши пользовались эхолокацией за миллионы лет до первых эхолотов. Электричество потрескивало в шерсти вылизывавшей себя кошки, крышки подпрыгивали на котелках древних римлян за две тысячи лет до изобретения парового двигателя, а скорость света каждое утро демонстрировалась заспанному кроманьонцу. Но во Вселенной мы пока не нашли ничего, что двигалось бы быстрее скорости света. Разве что мысль. Раз – и мысленно ты уже на Альфе Центавра…

На что будет похожа Земля через 100 тысяч лет

Не на Землю, это точно. Если прокручивать историю планеты на ускоренной съемке, мы увидим, как континенты носятся туда-сюда по Мировому океану, как уходят под воду горы и как вырастают острова там, где раньше плескалось море. Африка, например, сейчас ползет на север со скоростью 2,5 сантиметра в год и намерена в конце концов вписаться загривком в мягкое подбрюшье Европы. Австралию утягивает на юго-восток, а две Америки пытаются наконец развестись и разъехаться.

Но новые глобусы нам придется заказывать себе раньше – из-за потепления. А оно будет непременно, но не из-за подрывной деятельности человека, а по той причине, что мы живем в конце ледникового периода, который потихоньку пакует вещи. По распространенной у климатологов теории, в ближайшие 5 тысяч лет температура на планете в среднем поднимется на 5 градусов, но подъем Мирового океана будет не столь фатален, чтобы затопить большую часть суши: избытки воды уйдут прежде всего на повышение влажности на всей планете и превращение большинства существующих пустынь в обильные реками и озерами территории. Часть регионов (центр Южной Америки, Средиземно­морье, юго-восток США) из-за высокой влажности и жары станут почти непригодными для нормальной жизни человека и большинства современных животных. Зато Гренландия, Канада и север России превратятся в плодородный новый Эдем, а к услугам любителей прохладного климата будет зеленая, освободившаяся от вечных льдов Антарктида.
http://www.youtube.com/watch?feature=player_embedded&v=9kxq3Rmq1ho
Города будущего

Многокилометровые небоскребы, как в «Пятом элементе», видимо, останутся в «Пятом элементе» и подобных фантастических произведениях. Человечество уже избавилось от необходимости жить друг у друга на голове – эре мегаполисов приходит конец. Развитие Интернета, сотовой связи и других подобных технологий совершило фантастическую штуку: люди могут работать и тесно общаться, находясь на разных концах земного шара и не нуждаясь в телесном присутствии друг друга для решения большинства задач. Мир грядущего будет, вероятнее всего, одной большой зеленой дачей, люди будут жить в коттеджах с садами, понятия «столица» и «провинция» потеряют смысл. Новые большие города не создаются уже сегодня, но через несколько тысяч лет канут в лету и большинство из существующих. Дороги тоже, видимо, потерпят серьезные метаморфозы и будут в основном служить удобству пешеходов, так как компактный частный авиатранспорт почти вытеснит автомобиль уже в этом столетии. Большинство работающих людей будут трудиться на дому, пользуясь тем, что сегодня именуется «удаленным доступом». По мнению Торстейна Оттесьо, популярного шведского дизайнера, специализирующегося на проектах экологических зданий, большая часть агропродукции в будущем будет производиться на агрофабриках – полностью автоматизированных башнях из стекла, а поля и пашни возвратятся в естественное дикое состояние, за аккуратной дикостью которых будут присматривать ландшафтные архитекторы и экологи.

Звери грядущего

Не надо считать, что животные мечтают жить в диком состоянии вдали от нас. Они все же не настолько неразумные твари. Все больше животных стремятся жить рядом с человеком. Сегодня к синантропам (спутникам человека) причисляют лишь ворон, крыс, кошек, собак, воробьев, голубей и животных, используемых в сельском хозяйстве. Но экологи уже рапортуют, что по-хорошему список нужно бы дополнить еще сотнями видов, начиная с многих зерноядных и хищных птиц и кончая лисами, енотами и даже медведями.

Да, у нас много вкусной и легко добываемой еды. Мы отлично умеем контактировать. Мы умеем делать тепло, когда холодно, и спокойно, когда страшно. И кроме всего прочего, у нас интересно. Известный этолог профессор Дольник еще 20 лет назад отмечал, что животные-синантропы меняются поведенчески, что современные кошки и собаки уже куда ближе к нам по образу жизни, чем их предки, что они научились переступать свои видовые рамки, чтобы копировать наши действия. В природе, например, собаки не спят на спине, городские песики научились этому от нас. Кошки не разговаривают друг с другом, используя это короткое резкое мяуканье, которым они приказывают нам открыть банку с кормом и почесать за ушком. Вороны, например, вообще разучились жить вне пределов человеческого жилья, и если ты видишь где-нибудь гнездо этой птицы, то знай: рядом люди.

Мы теперь виновато сберегаем вымирающие виды, забыв о том, что вымирание вообще-то естественный эволюционный процесс. В дальнейшем все эти тенденции, видимо, усилятся. Возможно, через сто тысяч лет жизнь каждого червяка будет защищена законом и наши младшие братья будут жить с тем же комфортом и удобством, что и мы, пользуясь всеми благами цивилизации и не ударив для этого лапой о лапу. Будут воскрешены многие из вымерших животных. Также, вероятно, отдельные виды – собаки, вороны, дельфины, слоны и некоторые обезьяны – будут формально признаны разумными существами. И, учитывая скорость их адаптации к нашему обществу, через сто тысяч лет они будут куда ближе к нам по разуму, чем сейчас.

Ресурсы грядущего

Футуристические прогнозы наших предков сейчас читать, конечно, смешно. Не важно, какие именно. Рассуждения ли викторианца о том, что в дальнейшем жизнь в городах станет невозможна из-за обилия конского навоза на улицах. Или страх жителя 1918 года, что нехватка меди разрушит нашу цивилизацию, которая уже не может жить без электричества и, стало быть, без медных проводов. Или призыв эколога 70-х объявлять бойкот печатной продукции, так как через пятьдесят лет все леса на планете будут вырублены для того, чтобы печатать наши глупые книги и газеты…

Сейчас, кажется, мы уже ничего не боимся. Ни у кого нет сомнений в том, что в ближайшее время люди будут получать самую чистую и безопасную энергию в мире от Солнца, или из воды, или от расщепления атома. По мнению Курта Эйхайма, германского инженера-футуриста, руководителя проекта «Принцип следующих столетий», основным материалом, из которого наши потомки будут изготовлять свои вещи, будут силовые поля. Все очень просто. Берешь кубик или планочку, программируешь требуемую тебе форму, цвет и структуру – и через пять минут у тебя в углу стоит комод, рояль или курбурфугг красного дерева, который потом так же легко трансформируется в любую нужную тебе вещь. «Эра пластика уже подходит к концу, – говорит Курт Эйхайм. – Уже сейчас вещи, не существующие материально, такие как программы, изображения, веб-сайты, являются значительной частью мирового продукта. Этот процесс будет только усиливаться: видимость и функция предмета будут заменять сам предмет». Добавим: не просто функция, а универсальная функциональность.

Сегодняшний планшетник с крысу размером уже способен заменить самую большую библиотеку, телевизор, все музыкальные инструменты мира, видеокамеры, плееры и телефоны. Он еще не научился готовить обед и стирать белье, но он может управлять этими процессами, подключившись к домашней технике. Возможно, через сто тысяч лет каждому новорожденному любящие родители будут дарить маленький шарик со словами: «На тебе все, милый». И это действительно будет все.

Человек грядущего

«Нет оснований ожидать серьезных эволюционных изменений человека в течение ближайших ста тысяч лет, – говорит эволюционный биолог, обозреватель NewScientist Грэхем Лоутон. – Наш вид вообще меняется очень медленно. Если мы вернемся на тридцать тысяч лет назад, похитим оттуда кроманьонца, побреем его, умоем и поместим в поезд метро, вы не отличите его от других пассажиров».

Мнение о том, что мы все превратимся в лысых головастых рахитов – это миф. Причем миф, развенчанный обидно. С тех пор как выяснилось, что мозг человека не только не вырос с кроманьонской эпохи, но даже несколько уменьшился, многие нейробиологи полагают, что человек вовсе не стал умнее за прошедшие десятки тысяч лет. Напротив, благодаря возросшей скорости и качеству передачи информации от человека к человеку мы стали хуже решать задачи сами. Мы, грубо говоря, стали лучше учиться, но хуже думать. Современный профессор может себе позволить столь глупое поведение, какое было невозможно для его желающего выжить предка. Например, заблудиться в лесу, бездумно сожрать любую подвернувшуюся под руку гадость, не заметить подкрадывающегося крокодила и не понять, что хочет от тебя вот эта голая женщина… Мы проходим лабиринты хуже мышей, любая кошка в десять раз эффективнее нас произведет расчет, куда нужно переместить лапу, чтобы взять из воздуха бабочку. Зато мы по уши напичканы информацией, сгенерированной всеми поколениями. Но для того, чтобы ее хранить, необязательно иметь слишком большой мозг. Так что эволюция нам сюрпризов не готовит.

Человек будущего будет изменен не естественно, а искусственно. Мириады нанороботов будут ошиваться в его теле и исправлять любые возрастные или механические повреждения, сверяясь с генеральным планом, записанным в ДНК. Кроме того, серьезным метаморфозам подвергнется его эмоциональная структура. Нетерпимость к насилию и склонность к сочувствию, бесспорно, растут с развитием информационных технологий. В будущем эти способности неизмеримо увеличатся благодаря телепатии. Но только не естественной, а механической.

Позволим процитировать себе фрагмент из книги доктора биологических наук Александ­ра Маркова «Обезьяны, нейроны и душа».

«Исследователи научились определять по томограмме, какое существительное из шестидесяти возможных задумал испытуемый. Десяти участникам эксперимента читали вслух 60 существительных, снимая синхронные томограммы. Из индивидуальных томограмм удалось выделить общие компоненты, которые соответствовали каждому из слов. Когда картотека была составлена, участники эксперимента загадывали слово из списка, а ученые, как и в других подобных исследованиях, пытались его определить. Ученым удалось правильно определить задуманные слова в 72% случаев. По ходу экспериментов ученые разгадали принцип «записи» слов в мозге. Оказалось, что в коре имеются участки, в которых представляются глобальные смысловые ассоциации… Еще легче, чем слова, считываются с томограммы мозга зрительные образы, например геометрические фигуры. Не исключено, что совсем уже в недалеком будущем можно будет просматривать сны на экране компьютера. Ложитесь спать в шлеме, а утром достаете из дисковода DVD-диск со всеми увиденными за ночь сновидениями. Представляете, как удобно: вместо того чтобы пересказывать сон своими словами (согласитесь, многие сны в пересказе как-то блекнут), можно будет просто выложить его в YouTube».
http://www.youtube.com/watch?feature=player_embedded&v=9siMnQ6brA8
Вывод

Итак, мы, похоже, будем жить в раю. На изолированной комфортабельной планете, защищенные от визитов плохих инопланетян огромными пространствами космоса, идеально здоровые, не ведающие стяжательства (зачем при ручных силовых полях что-то стяжать?), избавленные от необходимости тяжело трудиться, окруженные умными и доб­рыми зверьми, мы нежно будем меняться друг с другом дивными телепатическими образами, в то время как автоматически управляемые космические полицейские будут разворачивать от нашей идиллии нехорошие астероиды.

А вот вечной жизни, похоже, нашим потомкам тоже не дождаться. «Не стоит забывать, что жизнь – процесс в целом утомительный, – говорит эволюционист Ричард Докинз. – Только эгоизм генов, заинтересованных в своей репликации, заставляет нас испытывать страх небытия и получать удовольствие от существования и мышления – работы многотруднейшей». Так что, постигнув тайны бытия и вырастив все виды стручковых роз, которые только могут существовать в математике, наш потомок, вероятно, будет пользоваться своим священным правом на эвтаназию, освобождая свое место в прекрасной, но несколько утомившей его за пару тысяч лет Вселенной новому, еще полному энтузиазма человеку.